Фиктивный менеджмент: Минфин дезорганизует Россию
(выступление на утверждении Госдумой отчета об исполнении федерального бюджета 2023 года – полный текст)
Уважаемый Вячеслав Викторович, уважаемые коллеги.
Фракция «Справедливая Россия – патриоты – за правду» очень хотела бы поддержать отчет об исполнении бюджета на 2023 год, но, к сожалению, лишена такой возможности Министерством финансов, превратившим его в бюджет стагнации и разрушения, цинично именуемыми «перегревом экономики» и полностью игнорирующем все наши предложения по превращению его в бюджет комплексной социально-экономической модернизации.
Мы не можем поддержать исполнение этого бюджета не только из-за последовательного игнорирования всех наших предложений по его трансформации из бюджета закрепления положения России как экономической колонии в бюджет национального освобождения и обретения нашей Родиной свободы и независимости и в экономической сфере.
Прежде всего, реальным приоритетом Минфина и всей бюджетной политики в 2023 году оставалось не развитие и даже не военные расходы, а дотирование деньгами наших избирателей финансовых спекулянтов при помощи заведомо ненужных займов под оглушительные проценты. Да, в 2024 от этой политики вопреки принятому в этом зале бюджету вроде бы начали отказываться, — скорее вынужденно, чем осознанно, — но в 2023 она была не только закреплена в бюджете, но и продолжалась.
Внутренний долг вырос на 10,8% до 20,8 трлн. руб. — при повышении стоимости его обслуживания, по данным Счетной палаты, более чем на четверть (в результате более чем двукратного повышения ставки Банка России в середине года). Расходы на обслуживание госдолга на 13,5% превысили утвержденные нами.
Конечно, у Минфина есть смягчающее обстоятельство: прогнозы Минэкономразвития, на основе которых разрабатывается и осуществляется бюджетная политика, как и всегда, не имели отношения к реальности, что понятным образом затрудняло, а местами даже дезорганизовывало бюджетный процесс.
О качестве материалов, на основе которых верстается бюджет, и о реальных целях как минимум Минэкономразвития, а может, и других ведомств, свидетельствует то, что на IV квартал этого года в качестве прогнозной задачи намечено полное прекращение экономического роста. В самом деле: если рост I квартала 5,6%, а в целом за год 2,8 – то в ситуации плавного развития или, вернее, методичного удушения экономики под безумным предлогом ее «перегрева» на IV квартал намечено прекратить экономический рост.
Однако возражений Минфина против такой цели не зафиксировано, — и своими действиями он многократно усугублял последствия деятельности Минэкономразвития.
Счетная палата отмечает даже грубейшие нарушения Минфином разработанных им же Общих требований к методике прогнозирования поступлений доходов в бюджеты бюджетной системы.
В частности, она отмечает отсутствие показателей ожидаемых результатов работы по взысканию дебиторской задолженности при расчете прогнозного объема поступлений доходов, а также отсутствие использования в методике прогнозирования доходов данных о фактических поступлениях доходов с описанием алгоритма их использования.
Счетная палата скромно отмечает, что, цитирую, «как и в предыдущие годы, актуальными остаются нарушения законодательства Российской Федерации в сфере учета федерального имущества и регистрации прав на него».
Фирменным почерком Минфина остается вопиющая неравномерность исполнения бюджета: расходы декабря в 2,3 раза выше, чем в среднем в остальные 11 месяцев, — включая январь, когда правительство впервые и правильно провело масштабное авансирование расходов на весь год.
Это наглядная иллюстрация неэффективной, непрофессиональной работы именно Минфина. Предельно неритмичное финансирование страны дестабилизирует ее не хуже враждебного внешнего воздействия.
Более того: почти половина декабрьских расходов – 2,7 трлн. руб., что превышает среднемесячные расходы января-ноября, — была осуществлена в последнюю неделю 2023 года.
Вдумайтесь: в последнюю неделю года! В эту последнюю неделю на закупки товаров, работ и услуг было направлено 770,8 млрд. рублей – как их успеть использовать?
В последнюю неделю года Социальному фонду было перечислено более 360 млрд. руб. межбюджетных трансфертов — на пенсии, которые еще до регионов надо довести.
Почти 130 млрд. было в последнюю неделю года отправлено не на погашение долгов по капитальному строительству, а непосредственно на «осуществление капитальных вложений в объекты капитального строительства» — что можно построить на эту сумму в новогодние праздники зимой за неделю?
При этом не исполнены бюджетные ассигнования на 614 млрд. рублей. Спрашиваю Минфин – почему. А они вопроса не понимают.
Ваш начальник департамента, Антон Германович, просто не понимает вопроса.
Глядя в компьютер на ВКС, она заявляет, что НДС составляет 3,7%. На резонный вопрос, от чего исчисляются эти проценты, и что значит этот показатель, потому что честно скажу – я заинтригован, мое воображение этот показатель объяснить не может, — человек обещает прислать письменный ответ. Мы его ждем до сих пор – может быть, Антон Германович сумеет пояснить, потому что я перерыл всю отчетность и не нашел.
Но на вопрос о причинах неисполнения бюджетных ассигнований я ответ получил. На 614 млрд. они не исполнены потому, что малый бизнес не выбрал субсидий на 9 млрд., и их перекинули на другую статью. Я попытался объяснить, что 9 млрд. меньше 614 и, если их потратить по другой статье, общие расходы не уменьшатся. Мне пообещали дать письменный ответ — и дали.
Я спрашиваю, почему не использовали 614 млрд. и по каким статьям. Мне письменно отвечают – исчерпывающе, в стиле Минфина: а мы их не использовали!
Слава богу, то, чего не знает или не хочет знать об исполнении бюджета Минфин, знает Счетная палата, спасибо ей.
И среди причин неисполнения бюджетной сводки по расходам она называет отсутствие решений Правительства об использовании зарезервированных средств на 160 млрд. руб. Не то, что эти деньги избыточны, это другой разговор, не в связи с невостребованностью, — а в связи с отсутствием решений. А почему нет решений правительства? – потому что Минфин должен был их подготовить, но не подготовил? И вы хотите, чтоб мы это утвердили?
Дальше: в ходе исполнения бюджета Резервный фонда Правительства был увеличен почти в 24 раза – до 4,3 трлн.
Мы вам говорили, мы вам криком кричали, что резервный фонд, установленный вами в 180 млрд. – это издевательство над бюджетом, здравым смыслом и страной. Вы нам даже не возражали, для вас голоса избирателей не существует, для вас, судя по вашей политике, вся страна пустое место – или место, которое вы стараетесь сделать пустым – и всерьез ждете, что мы ваш отчет об этом примем?
Но, может быть, для Минфина не пустое место хотя бы приоритеты правительства, в которое он вроде бы входит?
При утверждении федеральных адресных инвестиционных программ к вводу в эксплуатацию в 2023 году было предусмотрено 145 объектов, к 1 января 2024 года план введения в уже прошедшем тогда году был сокращен до 86 объектов. Ввести смогли 62 объекта, и то некоторые, возможно, как очистные системы в бассейне Волги не работают, но все равно – программа выполнена на 43%. Сколько премий выплачено за это выдающееся достижение?
Бывает, тем более в условиях санкционной войны – но об этом феномене Министр финансов не сказал ни слова, покрывая тем самым не только врага, но и неэффективность.
Число объектов незавершенного строительства, приостановленных более чем на полгода, в 2023 году выросло более чем в полтора раза – до 529 объектов. Из них 52% объектов не финансировались более 3 лет подряд, а 44% приостановлены без консервации, то есть разрушаются.
При этом по 40% объектов ФАИП отсутствует пообъектная детализация, то есть с ними даже понять ничего невозможно.
Нам это предлагается утвердить как норму, я правильно понимаю?
Дебиторская задолженность по выданным авансам выросла почти на треть, до 37.8% всех кассовых расходов бюджета, — из-за 100%-го авансирования и удлинения сроков контрактов на 2 года, это разумно.
Но Минпромторг, где, казалось бы, должен быть максимальный рост, снизил дебиторскую задолженность на 7%, Минтранс – на 9%. А Минстрой увеличил более чем на четверть, а Минцифры – вообще в 6 раз. Это точно про развитие или все-таки про неэффективность?
Остатки на лицевых счетах головных исполнителей выросли на 11,5% до 655 млрд. – это деньги, которые «зависают».
При финансировании госпрограмм на 99% и выше 8 госпрограмм выполнены от 70 до 90%, а 4 – менее чем на 70%. То есть почти четверть госпрограмм – 12 из 49 – сорваны. И даже эти показатели исполнения обеспечены во многом, по данным Счетной палаты, отчетами о процессных мероприятиях, а не о достижении результатов, ради которых и выделяется финансирование, а также за счет пересмотра в конце года исходных планов.
Премьер Мишустин нам внятно объяснил главные приоритеты правительства: станкостроение, электроника, тяжелое машиностроение.
В рамках госпрограммы № 16 «Развитие промышленности и повышение ее конкурентоспособности» планировалось обеспечить реализацию станкоинструментальной продукции на 4,9 млрд. руб. Не знаю, как удалось достичь столь фантастического результата в условиях, когда какие-то производства станков и инструмента у нас еще не уничтожены до конца, но официальный отчет об исполнении программы свидетельствуют о полном отсутствии ее реализации. Объем продаж равен нулю.
Программа предусматривала выдачу льготных гарантий станкоинструментальным предприятиям на 3 млрд. руб., в реальности их выдано в сто раз меньше – на 30 млн.
Льготными гарантиями на 3 млрд. руб. предполагалось увеличить выпуск станкоинструментальной продукции на сногсшибательную сумму 1 млн. руб. Вдумайтесь, какая эффективность закладывается в наши госпрограммы: 3 млрд. руб. гарантий, да еще льготных, - ради увеличения выпуска на 1 млн., причем рублей! Но и из этого ничего не вышло: никакого увеличения выпуска достигнуто не было, - по крайней мере, по официальным отчетам.
Возможно, конечно, господдержка оказывается таким образом, что еще не добитые предприятия стараются избегать ее как ловушки или простой потери времени. Не случайно Счетная палата еще в прошлом году зафиксировала, что официальные бесконечно разнообразные меры стимулирования инвестиций, которыми мы так гордимся, никак не коррелируют с реальным инвестиционным процессом, а в важнейших сферах, связанных с обеспечением технологического суверенитета, не применяются вовсе.
Другой абсолютный приоритет правительства – развитие электроники. Возможно, именно проявлением ее исключительной приоритетности является сокращение бюджетной росписи по госпрограмме «Развитие электронной и радиоэлектронной промышленности» по сравнению с бюджетом более чем на 20% с последующим недофинансированием более чем на 15%. В результате вместо 53,9 млрд. руб. выделено 36,2 млрд. – почти на треть меньше.
Поддержать и одобрить такое отношение Минфина к приоритетам правительства мы, увы, не в силах.
Это не эффективный, это фиктивный менеджмент!
Его не утверждать – его лечить надо!