ЧМ-2030 может пройти в Саудовской Аравии, Египте и Греции. Этот альянс выглядит странно только на первый взгляд
Саудовская Аравия, Египет и Греция согласовали подачу совместной заявки на проведение чемпионата мира в 2030 году. Если заявка победит, то ЧМ впервые пройдет сразу на трех континентах. Правда, для этого надо обойти как минимум четырех конкурентов.
Набор стран, составивших заявку, на первый взгляд кажется парадоксальным. Ведь раньше совместные заявки подавали соседи, объединенные в большинстве случаев историей и ментальностью. Но что общего у теократического королевства Саудовской Аравии, арабской республики Египта и Греции? На самом деле гораздо больше, чем кажется.
***
Для начала важно понимать, что участники заявки – неравноценные партнеры. Никто и не скрывает, что лидер и инициатор кампании – Саудовская Аравия. Она же обещает и оплатить все издержки, включая строительство новых стадионов не только у себя, но и в Египте и Греции. Если, конечно, заявку одобрят.
Разумеется, Саудовская Аравия со своей денежной мощью вполне могла бы организовать проведение ЧМ-2030 в одиночку, но правило ФИФА о ротации континентов проведения ЧМ сделало это невозможным. За восемь лет до ЧМ-2030 турнир примет Катар, что делает одиночную кандидатуру из Азии совершенно непроходной.
Но Саудовская Аравия очень хочет принять турнир именно в 2030-м – для решения проблемы даже наняли консультантов из Boston Consulting Group. И это не просто прихоть сказочно богатых шейхов. По замыслу фактического лидера страны, наследного принца Мухаммеда бин Салмана, ЧМ должен стать яркой кульминационной точкой государственной стратегии Vision-2030, принятой в 2016 году.
Эта стратегия предусматривает масштабные преобразования в экономике страны, а также изменение ее международного имиджа. Саудовская Аравия к 2030 году должна превратиться из закрытого для внешнего мира королевства, живущего за счет нефтяных богатств, в современное светское государство, привлекательное и для иностранных инвестиций, и для туристов.
Футбол в этой стратегии играет важнейшую роль. Саудовская Аравия не жалеет денег, чтобы стать заметным игроком на футбольном рынке. В 2019-м подписали контракт с Федерацией футбола Испании, которая получила 120 миллионов евро за проведение Суперкубка на стадионах Саудовской Аравии в течение трех лет, а в 2021-м контракт продлили до 2029-го. Аналогичный договор (правда, гораздо более скромный – на 20 миллионов евро за три финала) действует и с Федерацией футбола Италии.
Еще один имиджевый ход стратегии – покупка «Ньюкасла» суверенным фондом Саудовской Аравии за 300 миллионов фунтов.
В июле 2021 года авторитетный The Athletic сообщил, что Саудовская Аравия договорилась с Италией о совместной заявке на проведение ЧМ-2030. Тогда же разработали и план Б, согласно которому партнером Саудовской Аравии могла стать одна из североафриканских стран – Марокко или Египет, или сразу обе.
Итоговый вариант оказался миксом двух предыдущих: Марокко подала собственную заявку, и североафриканским партнером саудовцев остался Египет, а место Италии заняла Греция.
У организаторов наверняка будет соблазн использовать образ трех стран, сыгравших важнейшую роль в зарождении человеческой цивилизации и объединенных страстью к футболу – от египетских фараонов через древнегреческих философов и драматургов к арабским ученым и изобретателям. Картинка может получиться действительно красивой. Тем более что эти три страны объединяют не только легендарное прошлое, но и геополитическое настоящее: и Египет, и Греция – важнейшие стратегические партнеры и союзники Саудовской Аравии, претендующей на роль основной силы в ближневосточном регионе и авторитетного партнера для стран южной Европы.
Саудовская Аравия повторяет путь, проложенный Катаром. Эти страны ненавидят друг друга
Саудовские власти в этом никогда не признаются, но можно предположить, что толчком к борьбе за ЧМ-2030 стала успешная заявка Катара на проведение ЧМ-2022.
Катар давно раздражает саудитов. До середины 1990-х маленькое государство, расположенное на полуострове в Персидском заливе и по суше граничащее с Саудовской Аравией, было верным сателлитом большого арабского брата. Соседи стремительно богатели благодаря добыче огромных объемов нефти и газа, но экономика Катара полностью зависела от Саудовской Аравии, так как весь экспорт шел через ее газотранспортную систему.
Ситуация поменялась после прихода к власти в Катаре 43-летнего Хамада бин Халифа Аль-Тани (сверг отца, когда тот уехал в отпуск за границу). Выпускник Британской королевской военной академии Сандхерст поставил задачу покончить с зависимостью от Саудовской Аравии. Для этого молодой эмир инвестировал в строительство заводов по производству СПГ (сжиженный природный газ). Теперь его можно было продавать без участия Саудовской Аравии и отправлять на танкерах по всему миру. Итог: сегодня Катар – крупнейший продавец СПГ в мире и входит в топ-5 самых богатых стран мира по показателю ВВП на душу населения.
Такое стремление не понравилось Саудовской Аравии, тем более Катар начал медиапротивостояние: на деньги королевской семьи в 1996 году запустил телеканал «Аль-Джазира», сделанный по лекалам ведущих западных новостных медиа и резко критиковавший политику Саудовской Аравии.
Дальше отношения только портились. Избавившись от саудовской зависимости, Катар подружился с Ираном и Турцией – главными противниками Саудовской Аравии в регионе. За этим сближением стояли прагматичные интересы – с Ираном Катар делит крупнейшее в Персидском заливе газовое месторождение, а с Турцией планировал построить газопровод, по которому дешевый катарский газ транзитом через Сирию и Турцию пошел бы в Европу.
Реализация этого проекта стала бы ударом по интересам России – основного продавца газа в Европу. Однако он так и не был реализован: правительство Сирии, имеющее плотные связи с Москвой, заблокировало размещение трубы на своей территории. По мнению многих экспертов, этот отказ – одна из причин широкомасштабной войны на территории этой ближневосточной страны: заинтересованные в строительстве газопровода стороны финансировали отряды вооруженной оппозиции президенту Башару Асаду. Но режим Асада устоял (не без помощи России), и от проекта отказались.
В 2011 году Катар поддержал революцию в Египте – союзнике Саудовской Аравии, в результате которой свергли президента Хосни Мубарака, а к власти пришли представители группировки «Братья-мусульмане», которая в Саудовской Аравии объявлена террористической. В Катаре же лидера этой организации принимали на государственном уровне, а движению оказывали материальную помощь. После событий в Египте эмиры Катара поддерживали и другие антиправительственные движения во время событий, вошедших в историю как «арабская весна».
Все это могло бы стать поводом для начала военного столкновения между Саудовской Аравией и Катаром, однако власти Катара подстраховались, разместив на своей территории две крупные военные базы США и одну турецкую.
Вместо этого Саудовская Аравия вместе с союзниками (ОАЭ, Бахрейн, Египет, где после очередного переворота вернулись к власти друзья саудитов, Мавритания, Йемен, Ливия, Мальдивы и Коморы) в 2017 году попытались устроить торговую блокаду Катара, где нет собственного сельского хозяйства – все продовольствие покупалось в Саудовской Аравии. Но на 100% план не сработал – на выручку Катару пришли его новые друзья из Ирана и Турции, обеспечившие страну и едой, и другими товарами. Противостояние с разрывом дипотношений и взаимными обвинениями длилось три года. Саудовская Аравия даже призывала другие страны к бойкоту ЧМ-2022. Но в 2020-м странам все же удалось погасить эмоции и начать переговоры. Сборная Саудовской Аравии вместе с ее болельщиками все же приедет на ЧМ в Катар.
Египет – главный союзник Саудовской Аравии, шейхи вкладывают десятки миллиардов в его экономику, строят новую столицу и курорты
Если жестко соблюдать принцип ротации хозяев ЧМ, то турнир 2030 года должны отдать Африке. Последний (и пока единственный) ЧМ на этом континенте проходил в 2010 году в ЮАР. После него турнир отдавали всем континентам, кроме Океании, которой вряд ли что светит, особенно после перехода Австралии в Азиатскую Конфедерацию Футбола (AFC).
Учитывая это, Саудовской Аравии был необходим партнер в Африке. Список возможных партнеров был широким, но в итоге выбрали Египет. И это выглядит закономерно.
Во-первых, у Египта есть опыт успешной организации крупных международных соревнований. Среди относительно недавних – футбольный Кубок Африки 2019 года и чемпионат мира по гандболу в 2021-м. Сборная Египта – сильнейшая и самая титулованная на континенте (7 побед на Кубке Африки).
В Египте обожают футбол, там есть два гигантских стадиона, которые часто заполняют болельщики – относительно новый (построен в 2009 году) 86-тысячный «Борг эль Араб» в Александрии и старый 75-тысячный Международный стадион в Каире. До 2030 года в эксплуатацию введут стадионы в двух совершенно новых городах – в строящейся столице Египта Ведиане и на возводимом с нуля суперкурорте на Средиземном море – Новом Аль-Аламейне.
Но основа союза Египта и Саудовской Аравии – все же не футбольная, а политическая. Сближение двух важнейших арабских стран произошло после прихода к власти в Египте в 1981 году Хосни Мубарака. Он правил страной 30 лет и установил в Египте фактически диктаторский режим – запретил деятельность радикальных исламистских организаций, вместо президентских выборов проводил референдумы, продлевавшие его власть.
Саудовская Аравия договорилась с Мубараком, что они обойдутся без борьбы за лидерство в ближневосточном регионе, а станут «двумя равноценными крыльями арабского мира». При этом президент Египта поддерживал хорошие отношения и с США, и с СССР (а впоследствии и с Россией), и даже с Израилем.
Ситуация изменилась в 2011-м. Волна протестов в странах Северной Африки захлестнула и Египет. На Тахрир – главную площадь Каира – вышло более миллиона человек, требовавших отставки бессменного лидера страны. Все это привело к уже упоминавшейся выше революции.
Хосни Мубарака отстранили, а страну возглавил победивший на выборах представитель «Братьев-мусульман» Мохаммед Мурси. Это была неприятная новость для Саудовской Аравии.
Поэтому, когда в 2013-м в Египте произошел очередной переворот, и президента Мурси сменил министр обороны Абдул Фаттах Ас-Сиси, объявивший «Братьев-Мусульман» террористической организацией, в Эр-Рияде вздохнули с облегчением.
С тех пор Саудовская Аравия – основной спонсор египетского режима и крупнейший инвестор в различные проекты на египетской территории. Среди наиболее заметных – строительство дублера Суэцкого канала (8 млрд долларов), который позволил повысить пропускную способность и соответственно доходы Египта от эксплуатации канала.
Еще один мегапроект – строительство новых городов Ведианы (в 20 км к востоку от окраины Каира) и Нового Аль Аламейна (115 км от Александрии в сторону границы с Ливией), куда из Каира перевезут основные государственные учреждения, включая правительство и офис президента. Чтобы понимать масштабы: по плану в новых городах будут постоянно проживать 11 миллионов египтян, а общая сумма инвестиций в строительство превышает 100 млрд долларов. В эту мегастройку также вложились инвесторы из ОАЭ и Китая.
Еще один новый супергород должен появиться на Синае, южнее популярного египетского курорта Шарм-Эль-Шейх. Он станет продолжением футуристического города-будущего Неом, который Саудовская Аравия строит на северо-западе аравийского полуострова. В Неоме все транспортные коммуникации, в том числе автомобильные трассы, загонят под землю, общественным транспортом будут управлять роботы, они же будут убирать территорию. В городе используют только солнечную энергию.
Саудовский Неом с Египетским соединит мегамост через Красное море – 40 км в длину, 80 метров над уровнем моря. Для реализации этого проекта Египет уже передал Саудовской Аравии острова Тиран и Санафир, через которые проложат конструкцию.
На Синайском полуострове за счет саудовских властей возникнет зона свободной торговли, обещают построить электростанции и водоканалы. За это Египет одобрил строительство на своем средиземноморском побережье нефтеналивных портов, через которые саудовская нефть пойдет в Европу.
В июне 2022 года саудовский принц Мухаммед бин Салман пообещал инвестировать в экономику Египта еще 30 млрд долларов.
Учитывая все эту помощь и степень зависимости экономики страны от внешних инвестиций, Египет не мог отказать партнерам в такой мелочи – проведении ЧМ. Тем более что платить за это им не придется.
Грецию и Саудовскую Аравию объединила нелюбовь к Турции
Если партнерство Египта и Саудовской Аравии выглядит естественным из-за соседства, обширных культурных, языковых и политических связей, то присутствие в заявке Греции вызывает вопросы.
Начнем с того, что включение в заявку на ЧМ-2030 европейской страны – продуманный и разумный ход, повышающий шансы на успех. Если бы партнерство ограничивалось только двумя арабскими странами, это могло бы выглядеть как попытка Саудовской Аравии получить ЧМ без очереди за счет зависимого африканского соседа.
Наличие европейского партнера делает проект привлекательнее: футбол, который объединяет континенты, – в ФИФА любят подобные истории. Но почему же именно Греция? Конечно, она гораздо ближе других европейских стран к Египту и Саудовской Аравии, перелет из Афин в Каир занимает менее двух часов.
Но есть и другая причина, связанная, как и в случае с Египтом, с большой политикой. Дело в том, что за последние три года Греция превратилась из обычного (причем не самого крупного) покупателя саудовской нефти в ключевого партнера и союзника Саудовской Аравии в Европе.
В основе этой дружбы лежит неприязнь к кому-то третьему. И этот третий – Турция.
И Греция, и Саудовская Аравия были колониями Османской империи. Греция смогла обрести независимость в начале XIX века, Саудовская Аравия – сто лет спустя. Но это уже история, а ключ к пониманию возникновения антитурецкого альянса лежит в событиях последнего десятилетия.
После падения в 1922 году Османской империи и прихода к власти светского режима Кемаля Ататюрка Турция и Саудовская Аравия на многие десятилетия стали близкими политическими и торговыми союзниками. Страны вместе боролись с распространением коммунистического влияния в мусульманских странах, вместе поддерживали Ирак в войне против шиитского Ирана в 1980-х. Еще в начале 2010-х обе страны помогали вооруженным отрядам оппозиции во время гражданской войны в Сирии.
Однако уже тогда между Саудовской Аравией и Турцией наметились первые противоречия. Все дело в курсе турецкого президента Реджепа Эрдогана, который начал политику исламизации и обозначил амбиции на возрождение былого могущества Османской империи.
Поддержка Турцией «Братьев-мусульман» и отказ от блокады Катара привели к тому, что власти Саудовской Аравии в 2017 году объявили бойкот любым товарам из Турции: от овощей до текстиля и телевизионных мыльных опер. Для турецкой экономики это был болезненный удар, учитывая объемы взаимной торговли и начавшийся в 2016 году экономический кризис.
Кризис в отношениях усугубился на следующий год, когда в консульстве Саудовской Аравии в Стамбуле исчез известный оппозиционный саудовский журналист Джамаль Хашшоги, пришедший за справкой о разводе.
Официальные представители Саудовской Аравии сначала отрицали причастность к исчезновению журналиста, затем нехотя признали, что тот был убит. Но настаивали на версии смерти в случайной драке.
Однако турецкие следователи сообщили, что убийство Хашшоги не было случайным, его совершили высокопоставленные сотрудники секретных саудовских спецслужб, включая двух генералов, которые перед убийством пытали оппозиционера – в частности, отрубали ему пальцы.
Президент Турции Эрдоган заявил, что Хашшоги убили по прямому приказу фактического руководителя Саудовской Аравии принца Мухаммеда бин Салмана. Мотивы – политические.
Это спровоцировало новый виток вражды. Саудовские власти объявили турецкий режим частью «треугольника зла» (вместе с Ираном и «Братьями-мусульманами») и даже признали геноцид армян в Османской империи. А также наладили тесные связи с историческим врагом Турции – Грецией.
После обретения Грецией независимости в Османской империи, а затем и в Турции, оставались большие греческие общины, которые часто притеснялись. Кстати, ПАОК и АЕК основаны греческими беженцами из Стамбула после резни 1921-22 годов.
В 1960-70-х годах страны чуть не начали войну из-за Кипра. Турция вторглась на остров и образовала непризнанную Турецкую республику Северного Кипра (занимает треть острова). Большой войны удалось избежать только благодаря вмешательству ООН.
Очередное противостояние между старыми соперниками возникло в середине 2010-х и было связано с обнаружением в восточном Средиземноморье крупных месторождений природного газа. Для Турции, переживающей в затяжной экономический кризис, газ мог бы стать настоящим спасением. Однако геологоразведочные суда обнаружили, что в исключительной экономической зоне Турции запасы газа невелики, зато его много на шельфе Эгейского моря, который Греция считает своим из-за того, что там расположены более 1400 греческих островов.
Большинство из этих островов необитаемы – свыше 100 человек населяют лишь 78 из них. По мнению Турции, это давало ей основания претендовать на разработку шельфа в этих участках. Греция, разумеется, запротестовала. Ее поддержали Франция и Германия, а также новый союзник – Саудовская Аравия.
Но у сотрудничества Греции и Саудовской Аравии есть не только политические, но и экономические причины. Экономика Греции после 2008 года переживала кризис. Высокий уровень коррупции, большая доля теневой экономики, безработица, политическая нестабильность превратили страну в беднейшую в Евросоюзе. Греция погрязла в долгах, но помощь партнеров не работала – часть денег уходила непонятна куда, часть обеспечивала огромное количество социальных программ (пенсий, пособий, льгот и так далее). Руководители ЕС требовали от греков режим жесткой экономии, означавший отказ от значительного числа этих программ. Но греческие политики понимали, что привыкшие к льготам избиратели этого не простят.
В 2015 году Греция допустила дефолт по долговым обязательствам перед Международным валютным фондом, что означало конец новых поступлений от международных финансовых институтов. Пришедшее к власти на волне кризиса леворадикальное правительство партии «Сириза» рассчитывало на помощь России. Но в 2019-м они проиграли выборы правоцентристской партии «Новая демократия», и те нашли нового покровителя в лице Саудовской Аравии.
Первыми шагами по сближению стали военные контакты: Греция передала Саудовской Аравии зенитно-ракетные комплексы Patriot для защиты нефтеперерабатывающих заводов от атак беспилотников йеменских хуситов, давних врагов саудовского королевства.
В ответ Саудовская Аравия провела с Грецией широкомасштабные учения «Соколиный глаз» с поражением целей условного противника, за которым легко угадывался турецкий флот. Эти маневры вызвали бурную реакцию Анкары. Эрдоган пригрозил тяжелыми последствиями. Греческий министр обороны Панайотопулос заявил, что Греция готова к войне.
Параллельно с военным сотрудничеством страны налаживают и деловые связи. Разумеется, в Саудовской Аравии понимают, что давать Греции в долг – не лучшая идея. Поэтому речь идет о широкомасштабных саудовских инвестициях в греческую экономику. Саудовские партнеры обещают Греции помощь в создании крупнейшего центра водородной энергетики в Европе и мирового дата-центра, через который будет идти обмен информацией между Азией и Европой.
В июле 2022 года бин Салман с большой делегацией посетил Афины – для него это было первое посещение Европы после убийства Хашшоги. Саудовского принца встречали по-королевски – выделили 350 лимузинов, часть пришлось арендовать в соседней Болгарии.
По итогам визита объявили о заключении 17 крупных сделок с привлечением саудовского капитала. По поводу футбола ничего не говорили, однако вскоре Греция подключилась к заявке Саудовской Аравии на проведение ЧМ-2030.
Есть ли шансы у заявки Саудовской Аравии – Египта – Греции?
Если бы не ЧМ-2022 в Катаре, шансы на победу межконтинентальной заявки были бы велики. Руководители ФИФА уже давно ведут себя как бизнесмены, а с Саудовской Аравией у руководителя организации Джанни Инфантино хорошие личные отношения. В 2019-м он даже снялся в проморолике министерства спорта Саудовской Аравии, после чего его раскритиковали правозащитники.
Декларируемый принцип ротации континентов – очевидная проблема заявки. Все понимают, что Саудовская Аравия выступает основным спонсором совместного проекта и играет в нем главную роль. Возможно, ситуацию спасет план по проведению финала в Египте.
Другие претенденты на ЧМ-2030: Испания и Португалия, Марокко, а также совместная заявка Уругвая, Аргентины, Чили и Парагвая. Они настаивают, что столетний юбилей чемпионатов мира должен быть отмечен там, где все и началось в 1930-м – в Уругвае.
Возможно, в гонку включатся новые участники. Голосование намечено на 2024-й.
Фото: Gettyimages.ru/ Alexander Hassenstein, Keystone / Stringer , Mohamed Hossam, David McNew / Stringer ; globallookpress.com/Julien Mattia/Keystone Press Agency , dpa, Xu Congjun/Sipa Asia , U.S. Air Force/via Globallookpress.com , Saudi Press Agency/Keystone Press Agency , Mohannad Sabry/ZUMAPRESS.com , CSCEC Egypt/XinHua , Depo Photos/Xinhua , Eurokinissi/Keystone Press Agency , Depo Photos/ZUMAPRESS.com , Moritz Muller/imago sportfotodienst; neom.com ; en.wikipedia.org; twitter.com/snakhooda; unsplash.com/Meg Jerrard, Osama Elsayed
Сообщение ЧМ-2030 может пройти в Саудовской Аравии, Египте и Греции. Этот альянс выглядит странно только на первый взгляд появились сначала на Спорт Беларуси.