За импортозамещение мебели IKEA взялись в тагильской колонии и уже нашли музу
Полноценно заменить IKEA сейчас пытаются десятки российских предприятий. И не только предприятий! Тагильская колония заявляет: сделаем точно не хуже, чем шведская компания. И далеко не из хлебного мякиша.
Пока, правда, приходится довольствоваться заказами от местных фирм и отбиваться от потока мемов из интернета. Но в колонии не унывают: хейт — хейтом, а работа кипит. Об импортозамещении по понятиям расскажет корреспондент «Известий» Кирилл Солодков.
Синяя акула из IKEA свой срок на российском рынке уже отмотала. Ей на смену приходит тагильская «Красная утка». Это неофициальное название колонии, где планируют утереть нос шведскому бренду. Осужденный Сергей — на производстве он шелудильщик бревен — уже готов реализовать самые смелые дизайнерские фантазии.
«Буквально неделя делов и, в принципе, можно работать. Старший показал, что делать. Навык потом нарабатывается», — рассказал осужденный Сергей Иванов.
Анастасия Гредина — муза нового фанерного цеха. Именно ее фирма обеспечивает заключенных заказами. О том, как сидеть со вкусом, девушка знает все. Каждый месяц колония выпускает десятки тысяч кресел и стульев.
«Может заменить IКЕА. У нас есть своя компания технологов-конструкторов, мы делаем пресс-формы, можем получить любое изделие. Например, красивые обеденные стульчики, офисные кресла, школьные фанерки, на которых у нас детишки в школах сидят», — сообщила Анастасия.
Новые мощности инспектирует начальство свердловского ГУ ФСИН. Именно в этом ведомстве заявили, что изделия осужденных качественнее и доступнее товаров IКЕА. Социальные сети на это ответили целым потоком пародийных мемов. Впрочем, сидельцев это не смущает: заказы расписаны до ноября.
А здесь макеты изделий, которые только готовятся пойти в большую серию. Названия с местным колоритом. Например, вот это — спинка от будущего кресла «Тундра». Вероятно, для начальника северной колонии.
Российские дизайнеры оптимизма ГУФСИН не разделяют. Говорят, одних станков и древесины недостаточно, чтобы клонировать легендарную мебель.
«Да, они могут произвести мебель и производят. Но я сомневаюсь, что это будет так широко идти в массы. Если колония будет привлекать продакт-дизайнеров российских, возможно что-то из этого и получится. Почему нет? Но это нелегкая история», — поделилась мнением дизайнер Ирина Лаврентьева.
К тому же, IКЕА — это целая экосистема: от салфеток до кухонных гарнитуров. В колонии же пока производят в основном корпусную мебель. Правда, при необходимости станки готовы перепрограммировать под запросы клиентов.
«Производство в исправительной колонии соответствует всем трендам. Какую мы захотим мебель, такая и будет. Здесь абсолютно современные технологии, можно делать все что угодно», — рассказал предприниматель Дмитрий Баранов.
Пока же творческую свободу заключенных ограничивают заказчики. В основном это муниципальные организации с консервативными вкусами и скромным бюджетом. Не до изысков. Одна надежда — на фанатов, готовых сразу оплатить крупную партию любимых стеллажей и полок. Правда, такие в колонию пока не обращались.