Тонкий расчет: почему санкции не стали препятствием для «Роснефти»

В пятницу «Роснефть» подписала соглашение с норвежской буровой компанией Seadrill и ее «дочкой» North Atlantic Drilling Limited (NADL) об обмене активов: «Роснефть» приобретает 30% акций NADL за $925 млн, оплатив часть сделки 150 наземными буровыми установками.

Еще в мае три компании заключили соглашение об инвестициях и сотрудничестве с целью развития проектов «Роснефти» на период как минимум до 2022 года. РБК разобрался, почему стратегически значимой для нефтяной компании сделке не помешали ни действующие ограничения Запада, ни риск дальнейших санкций.

В окружении санкций

«Роснефть» в июле была внесена в американский список секторальных санкций (Sectoral Sanctions Identifications, SSI): компании был перекрыт доступ к кредитным ресурсам США со сроком более трех месяцев. Еще в апреле в другой санкционный список — SDN — попал президент «Роснефти» Игорь Сечин: ему был запрещен въезд в Штаты, его собственность в случае нахождения под юрисдикцией США должна быть заморожена.

Помимо личных последствий статус SDN налагает некоторые ограничения на деятельность Сечина в качестве главы «Роснефти» в контексте сотрудничества с американскими партнерами (такими, как ExxonMobil). О наличии таких ограничений Минфин США сообщил в августе — спустя три месяца после внесения Сечина в список SDN. Например, американская компания не имеет права заключать с «Роснефтью» соглашения, подпись под которыми ставит Сечин. Но Минфин США оставил открытыми вопросы о других, менее однозначных формах взаимодействия заблокированного лица с бизнес-партнерами: к примеру, неясно, могут ли американцы вести прямые переговоры с Сечиным. В любом случае Exxon не свернула партнерство с «Роснефтью», в августе компании начали бурение скважины в Карском море.

В санкционных списках Евросоюза ни Сечина, ни «Роснефти» нет. Но ЕС в конце июля ввел ограничения на поставки оборудования для поиска и добычи нефти в России в особых условиях — в Арктике, в море на больших глубинах и в сланцевых структурах. 15 августа к этим санкциям присоединилась Норвегия. Потенциально эти ограничения затрагивают «Роснефть», которая как раз начала осваивать арктический шельф.

Тонкий расчет

Менеджмент Seadrill прикладывал усилия, чтобы просчитать последствия западных санкций для партнерства с «Роснефтью», рассказали The Financial Times источники, близкие к компании. У Seadrill сложная корпоративная структура: холдинговая компания зарегистрирована на Бермудах [британская заморская территория], менеджмент базируется в Лондоне, первичный листинг — в Нью-Йорке, на NYSE. Акции North Atlantic Drilling также торгуются в Нью-Йорке. Обе компании контролируются норвежским миллиардером Йоном Фредриксеном, который в 2006 году сменил гражданство на кипрское, чтобы не платить большие налоги.

Санкции США не распространяются на партнерство Seadrill, NADL и «Роснефти», утверждают американские юристы, с которыми поговорил РБК. «Мне не кажется, что у North Atlantic Drilling могут возникнуть какие-то проблемы [с американским законодательством], исходя только из листинга в США», — сказал глава вашингтонской юридической фирмы Ferrari & Associates Эрих Феррари. Листинг на бирже в США не делает компанию «американским лицом» (U.S. person) и не обязывает ее следовать американскому санкционному законодательству, говорит он.